Интервью Закари Элфорда (2013)

«Боуи любит трудности»

Источник

Весь прошлый год барабанщик Закари Элфорд носился с секретом о том, что он играет в новом альбоме Дэвида Боуи. «Это было пыткой, — говорит он. — Меня постоянно спрашивали: «Чем там занимается Дэвид?» Ну что, я пожимал плечами и говорил: «Откуда мне знать».

zbowie-624-1359651693
Дэвид Боуи и Закари Элфорд, Earthling Tour, 1997

Давай начнем с самого начала. Расскажи мне, как ты впервые узнал о новом альбоме Боуи?

Дэвид прислал мне и-мейл с вопросом, буду ли я свободен в первые две недели мая 2011. Я очень удивился. Понимаете, мы постоянно поддерживали контакт при помощи электронной почты, но он никогда даже не заикался о работе.

Какой была твоя первая реакция?

Я сказал — да. (Смеется) К счастью, я был свободен, поэтому я просто очень обрадовался. Но я не знал, о чем идет речь. Но чем бы это ни было, я хотел в этом участвовать. (Смеется)

Он спросил, свободен ли ты, но ничего не сказал о новом альбоме?

Некоторое время я даже подумать не мог, что он записывает новый альбом. Он ничего не сказал. Я помню, как я говорил об этом с Гейл (Энн Дорси, басистка), ну, «Ой, он и с тобой связался?» «Да, он мне написал» «И что это может быть?» «Я не знаю». Мы не знали, будет ли это концерт, или запись, или может быть, что-то еще. За неделю до назначенной даты он позвонил и сказал: «Так, будь в студии в этот день». Правда, потом произошло еще кое-что.

Что именно?

Ну, я получил и-мейл от Дэвида, в котором он спрашивал: «Ты знаешь фотографа, которого зовут так-то и так-то?» Я слышал когда-то это имя, но не помнил точно, поэтому я ответил, что не знаю. И слава богу, что я не знал его (смеется). Выяснилось, что этот фотограф позвонил в офис Дэвида с вопросом, может ли он сделать несколько фотографий Дэвида в студии. У них глаза на лоб полезли: «Что? Кто уже успел проболтаться о студийных сессиях?» Очевидно, информация утекла через кого-то из работников студии. Потом нам сообщили, что планы меняются: «Мы собираемся в Magic Shop».

В тот момент ты был шокирован тем, что он собирается выпустить новый альбом?

Эм… Я бы сказал, что я испытал облегчение от того, что он, наконец, вернулся к работе, я благодарил бога за эту новость.

Расскажи мне о первом дне записи. У него уже была своя концепция целого альбома, или вы просто начали записывать треки?

Все довольно просто. Мы не имели возможности предварительно прослушать его песни, потому что он не хотел, чтобы информация просочилась наружу. Поэтому обычно мы приходили в студию и не дискутировали, а приступали непосредственно к работе. Типа, «Вот вам первая мелодия». Обычно он проигрывал нам свои домашние демо, с драм-машинкой и синтезатором. Потом проигрывал демо с репетиций, потому что они уже успели поиграть некоторые из этих песен вживую в ноябре 2010 года. И вот, мы слушали это вдвоем, а потом шли в комнату для записи и начинали играть.

Там были ты, Гейл, Джерри Леонард и Дэвид?

Да, и еще Дэвид Торн. В первую неделю мая у нас было два гитариста, Дэвид Торн и Джерри Леонард. Гейл была на басу, а сам Дэвид играл на синтезаторе, или на акустической гитаре, или на рояле, в зависимости от конкретной песни. Пока мы слушали песню, Джерри раздавал нам примерные партии, которым мы должны были следовать. Мы прослушивали каждую песню всего два или три раза, а потом надо было идти и играть. Это было нелегко.

Как я понимаю, Дэвид попросил тебя не говорить о сессиях ни единой живой душе.

Да, конечно. Да, он каждого попросил подписать соглашение о конфиденциальности.

Неужели даже твоя семья не знала?

Я рассказал моей жене и детям. Но они учатся на дому, поэтому меня не беспокоило, что они могут разболтать об этом в школе.

Это просто невероятно, что за столько времени эта новость не вышла наружу.

Да. Я думаю, что это торжество права на невмешательство в личную жизнь. Никакой рекламы. Главное, чего он добивался, — чтобы его альбом говорил сам за себя.

После десятилетнего молчания, когда он не выпускал новые альбомы и не давал интервью, он снова окружил себя тайной. Почти призрак, но я могу понять, почему он хотел уйти от публичности.

В теперешнее время люди так перегружены информацией, что стало очень трудно дать им что-то такое, на что они действительно обратили бы внимание. Но если ты не даешь ничего, любопытство берет верх.

Я уже слышал первый сингл, однако все утверждают, что остальные песни в альбоме сильно отличаются от этой.

О, да. В нем действительно много энергичных песен, некоторые из них напоминают джаз 60-х в стиле ду-воп. Хотя я не помню всех песен. Просто с тех пор прошло уже два года. И с тех пор у меня не было возможности их услышать. Надеюсь, что скоро она появится.

И что, твоя работа над альбомом уложилась в три полных недели?

Да.

Можешь рассказать о каком-нибудь обычном дне в студии? Как и что там происходило?

Ну, в основном все шло как обычно. Для меня там было много приятных моментов, потому что я уже давно не живу в городе, но я там вырос. Это был прекрасный шанс вспомнить места моего детства и юности. Каждое утро я не торопясь шел пешком через Сохо по направлению к Magic Shop. Я приходил примерно к половине одиннадцатого. Дэвид почти всегда был уже там и сидел в контрольной комнате, что-то наигрывая на гитаре. Потом, когда все собирались, он выходил, и мы все вместе пили кофе. Потом он включал демо, Джерри раздавал нам партии, мы слушали песню два-три раза и Дэвид спрашивал: «Ну что, вы готовы?» Мы отвечали — да, потом шли и пробовали играть. Делали два или три прогона, затем Дэвид говорил: «Если готовы, пишем».

Однажды, помню, мы сделали уже несколько попыток, но у нас никак не получалось сыграть то, что он слышал в своей голове, тогда он решил нас подбодрить. Он считает, что лучше сохранить силы и переключиться на что-нибудь другое, чем сидеть и без конца прогонять одно и то же, добиваясь совершенства. Ну, мы взялись за другую песню, потом сделали перерыв на обед, а после этого вернулись к нашей проблеме. Мы слушали друг друга, меняли партии… В конце концов мы закончили этот трек в пять или шесть вечера.

Приблизительно, сколько попыток требовалось для записи одной песни?

От двух до пяти, я думаю.

Это немного, учитывая ваш опыт?

Да, это действительно немного. В студии задача музыканта-профессионала — записать трек, не важно, сколько попыток для этого потребуется. Я не могу сказать о какой-то своей записи: «О, это моя третья попытка, и она была самой лучшей». А кто-то другой скажет: «На самом деле это была шестая». Я не запоминаю, сколько было дублей, важен результат. Несколько песен мы записали с первой попытки.

Ты говоришь, что некоторые песни похожи на ду-воп. Эрл Слик говорил мне, что там есть песни, похожие на Роллинг Стоунз. Можешь описать звучание немного детальнее?

Там есть несколько песен, которые напоминают мне период Scary Monsters, потому что в них такой угловатый и агрессивный саунд, но может быть это только мое личное восприятие, потому что, естественно, я пытался ассоциировать новый материал Боуи с его прежними работами. Еще одна вещь — это откровенное кантри. А еще одна построена на блюзовом риффе, но на записи нам было сказано, что звучать она должна не как блюз. В двух песнях есть что-то от Боба Дидли. Помню, я изо всех сил отгонял от себя эту мысль, потому что я не хотел, чтобы эта песня звучала так же, как «Panic In Detroit».

Можешь ли ты узнать эти песни по их названиям?

Названия менялись. Что я могу вспомнить из рабочих названий, это «The Stars (Are Out Tonight)» и… есть там песня под названием «Ya Ya»?

Я бы сказал, что нет.

Я помню «Boss of Me». Мы записали ее с Тони Левиным на басу. Помню, я думал в этот момент: «О, она звучит очень фанково. Было бы классно, если бы ее сыграл Чапмен Стик». Я подумал об этом, потому что в игре Тони немного не хватало эмоций, у него была сложная партия с частой сменой аккордов. Ему не нравятся такие вещи в духе Стика, но все остальные в студии решили, что это просто убойный трек. Он звучит почти как Питер Гэбриел во времена «Big Time».

Сколько песен всего ты записал?

Двадцать четыре.

Из них только 17 вошли в альбом, вместе с теми, которые вошли в бонус-треки делюксового издания. Как ты думаешь, остальные тоже выйдут? Может в следующем альбоме?

Да, я думаю, что так и будет. Это чудесный материал. Одна из песен, над которыми мы работали, на самом деле осталась у него еще с периода альбома «Lodger». Кажется, она называлась «Born in a UFO», когда мы ее записывали, но я не увидел такого названия среди альбомных треков. Может он просто изменил его… я не знаю.

Дэвид хоть что-нибудь говорил насчет концертов или исполнения этого материала вживую?

Ну, он говорил… думаю, это было в конце первых двух недель моей работы. В последний день недели он спросил, можно ли на меня рассчитывать в плане промоушена альбома. Я ответил: «Да, конечно!» Но не забывайте, это было в 2011 году.

Но «промоушен», насколько я понимаю, подразумевает живое исполнение, так?

Да, я думаю, так.

Я надеялся, что он хотя бы появится на телевидении, или что-то такое. Но, как мне сказали, он вообще не хочет давать концерты. Как ты думаешь, такое возможно?

Я надеюсь, что он изменит свое решение. Я не разговаривал с ним лично с тех пор, как мы закончили работу в студии, поэтому я не могу сказать точно. Я, как и вы, узнал из интернета о том, что он больше никогда не собирается давать концерты. Я очень надеюсь, что это не так. Но если бы это действительно оказалось правдой, я был бы очень удивлен.

Почему?

Ну, потому что мне показалось, что его очень вдохновляет новая музыка. Кроме того, я гастролировал с ним, и я знаю, что он всегда был счастлив на сцене.

Я знаю, что вы были в туре с Боуи, когда он выступал с Nine Inch Nails в 1995-м. Каково это было? Трудно было выступать перед публикой NIN, они, наверное, не очень хорошо знали песни Боуи?

Так и было. Помимо этих трудностей, у нас была совершенно новая, несыгранная группа, а нам приходилось выходить на сцену после группы, которая только что откатала свой нашумевший тур Downward Spiral. Они были хорошо смазанной машиной, и они продолжили свой тур только ради того, чтобы выступать вместе с Дэвидом. Нам пришлось подстраиваться под них и пытаться найти собственную почву под ногами. Это было тяжело. К тому же там была публика, которая жаждет хардкора. Некоторые зрители просто уходили перед сетом Дэвида, но некоторые из них были его фанатами. Мы тогда специально играли много старого материала вдобавок к новым вещам.

Точно, вы играли «Andy Warhol» и «Teenage Wildlife», которые Боуи не исполнял много лет.

Действительно, пару песен он вообще никогда не исполнял вживую.

Легко ли это было — возродить такие вещи, как «Ziggy Stardust» или «Rebel Rebel» во всем блеске их славы? Он поставил перед собой очень трудную задачу.

Он любит трудности. Он любит покорять публику. Именно по этой причине он создал Tin Machine после того колоссального успеха, который он имел с альбомом «Let’s Dance». Для настоящего артиста без таких вызовов самому себе работа просто теряет смысл.

(Ну да, наш барон любит, чтоб было потруднее,))))
— Вы утверждаете, что человек может поднять себя за волосы?
— Обязательно! Мыслящий человек просто обязан время от времени это делать.)

Спасибо за отличное интервью. Не могу дождаться, когда я услышу альбом Боуи.

Я тоже.

Реклама

Автор

bowiepages

I like beautiful melodies telling me terrible things.

Интервью Закари Элфорда (2013): Один комментарий

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s